Почему это важно?

Последнее обновление: 22.01.14.

— Почему данные Шестоднева важны?


1) Они даны в книге Бытия, сам Бог отрыл нам это. Кроме того, данные о творении содержатся и в других частях Писания. Без внятного объяснения о творении не ясно дальнейшее повествование.

Святитель Феофил Антиохийский. Ибо не было пророков при создании мира, но Премудрость Бога, сущая в Нем, и святое Слово Его, всегда соприсущее Ему. Посему Оно чрез пророка Соломона так говорит: «когда готовил Он небо, была Я с Ним, и когда творил крепкие основания земли, была при Нем устрояя» (Притч. 8:27—29). Моисей, живший за много лет до Соломона, или лучше — Слово Божие чрез него, как чрез орудие, говорит: «В начале сотворил Бог небо и землю.» (Быт. 1:1). (Святителя Феофила Антиохийского послание к Автолику, книга 2, часть 10)

Святитель Григорий Палама. Итак, Бог в шесть дней, не только создав весь этот чувственный мир и украсив его, но и единого, составленного из чувственного и духовного элементов, живого человека создав и оживотворив и даровав ему власть над живыми существами и растениями на земле, в седьмой день почил от всех Своих трудов, как научил нас Моисей, последующий созерцатель, бывшего задолго до него, сотворения мира, а лучше сказать –- Дух Святый, Который человеколюбиво чрез его уста возвестил нашим устам и душам. Но и «благословил, говорится, Бог день седьмый, и освятил его» (Быт.2:3). (Беседы (Омилии), омилия 17: http://azbyka.ru/otechnik/?Grigorij_Palama/homilia=17)

Святитель Филарет Черниговский. Потому истории миробытия должен принадлежать характер целой книги бытия. «Предметы описываемые — за пределами человеческого наблюдения»? Но они — в пределах ведения Божия, озарявшаго ум первосозданных и Моисея. […] Моисей в другой книге своей дает историческое значение повествованию о миробытии (Исх. 20, 8—11; 31, 16, 17) [16, § 81. Значение повествования Моисеева о порядке творения, с. 206, 207].

Не один Моисей, а все откровение божественное изображает порядок творения так, как изображен он у Моисея. Покой седмаго дня и шесть дней творения известны были еще прежде Моисея (Исх. 16, 22, 30; 22, 9—11; Быт. 7, 3, 4, 10.), и апостол говорит: рече бо негде о седмом дни: и почи Бог в день седьмый от всех дел Своих (Евр. 4, 4). Ветхозаветные и новозаветные писатели, упоминая о делах котораго нибудь из шести дней творения мира, выставляют их в том же виде, как показаны они у Моисея. Так говорят они о призвании света из мрака, о образовании неба и тверди, об отделении суши от воды, о сотворении великих светил солнца и звезд. Бог рекий из тьмы возсияти свету… (2 Кор. 4, 6). Небеса беша исперва, и земля от воды и водою составлена, Божиим словом (2 Пет. 3, 5. Iер. 51, 15). Исповедайтеся Сотворшему небеса разумом, яко во век милость Его; Утвердившему землю на водах, яко в век милость Его. Солнце во область дне, яко в век милость Его; луну и звезды во область нощи, яко в век милость Его. (Пс. 135, 9, 10; 148, 4; 103, 5, 19; 8, 4; 32, 7, 9; 84, 2. Нав. 18, 13). Согласно с Моисеем упоминают св. писатели о сотворении животных, человека и жены. Аз сотворих, говорит Бог у пророка, землю и человека и скоты, яже на лице земли, крепостию Моею великою и мышцею Моею высокою (Iер. 27, 5). От начала создания мужа и жену сотворил я есть Бог (Мар. 10, 6. 1 Кор. 11, 8) [16, § 83. Другие боговдохновенные писатели, с. 211, 212].


2) Многие Отцы говорили о Шестодневе, в т. ч. 2-е из 3-х вселенских учителей и святителей (св. Иоанн Златоуст и Василий Великий) создали на него толкования и воспринимали Шестоднев буквально. Стали бы они делать это, если бы это было неважно?

Святитель Василий Великий прямо называет отрицание буквальности Шестоднева стыдом за благовествование:

«Известны мне правила иносказаний, хотя не сам я изобрел их, но нашел в сочинениях других. По сим правилам, иные, принимая написанное не в общеупотребительном смысле, воду называют не водою, но каким-нибудь другим веществом, и растению, и рыбе дают значение по своему усмотрению, даже бытие гадов и зверей объясняют сообразно с своими понятиями, подобно как и снотолкователи виденному в сонных мечтаниях дают толкования соглаcные с собственным их намерением. А я, слыша о траве траву и разумею, также растение, рыбу, зверя и скот, все, чем оно названо, за то и принимаю. «Не стыжуся бо благовествованием» (Рим.1:16).» (Беседы на Шестоднев, беседа 9: http://azbyka.ru/otechnik/?Vasilij_Velikij/besedy_na_shestodnev=9)

Одно из параллельных мест к Рим.1:16 — Мк.8:38:

Ибо кто по­стыдит­ся Меня и Мо­их слов в роде сем пре­любо­дейном и грешном, того по­стыдит­ся и Сын Человеческий, когда при­идет в славе Отца Своего со святыми Ангелами.


3) В некотрых житиях святых говорится о том, что они были научены вере «от сотворения мира».


4) Нормальное желание знать как все появилось.


5) Важный аспект миссионерской проповеди.

Священник-миссионер, принявший в храме мученическую кончину, Даниил Сысоев так высказывался об этом: «Ведь апостол Павел говорил: «…мы не повреждаем слова Божия, как многие, но проповедуем искренно, как от Бога, пред Богом, во Христе» (2 Кор. 2, 17). Эти слова особенно важны потому, что нас, православных креационистов сторонники эволюции обвиняют в противодействии миссионерству и в склонности к выискиванию новых еретиков. […] На это можно сказать, что, может быть, некоторые креционисты действительно любят выискивать еретиков, но автор не понаслышке знаком с делом православной миссии и вопрос об эволюции привлек мое внимание потому, что именно он первым возникает при разговоре с неверующим. Мне пришлось также убедиться, что попытка эволюционного прочтения первых глав Бытия чаще всего приводит людей не ко Христу, а в оккультные секты, которые базируются во многом на идеях Дарвина и Шардена (см., например: Александр Дворкин. Сектоведение. Тоталитарные секты. Нижний Новгород, 2000. С. 53, 626). Но лучший миссионер всех времен, апостол Павел говорил, что он не виновен в том, что для некоторых Евангелие — «запах смертоносный в смерть» (2 Кор. 2, 16), потому, что он не «нечисто проповедует слово Божие» (2 Кор. 2, 17). Слова «нечисто проповедует» являются неточным переводом подлинника, который употребляет слово «корчемствующие». Святитель Феофан (Затворник — прим. сост.) так объясняет это апостольское выражение: «Корчемники, чтобы больше иметь дохода, подливают в вино воду, а чтоб эта смесь не потеряла цвета и вкуса вина, подмешивают туда и еще чего-нибудь, и таким образом продают будто настоящее вино, но оно уже не настоящее: и силы той не имеет и на здоровье действует вредно. Подобны им примешивающие к чистому слову благовестия свои мудрования. Хотя бы такие мудрования и не были ложны, а были прибавляемы в виде объяснения дела по началам ума, — и тогда они, расширяя и разводя слово без нужды, ослабляют его и отнимают у него силу и целительность, какие свойственны ему в его целости беспримесной. Если же примешивается ложь, то все уже извращается, и слова благовестия становятся зловестием. Апостол говорит: мы ничего такого не делаем, — не только лжи, но и никакого своего мудрования не прилагаем к слову благовестия, предавая его в природной чистоте, — так как приняли его от Бога, — как лица сознающие, что говорим пред очами Самого Бога, говорим во Христе, Его силою, Его охранением, в Его славу, или Его дело исполняющие» […]. Практика показывает, что только если проповедь совершается в таком настроении ума, она имеет силу. И надежда Церкви не в открытости, и не в бессмысленном повторении старых книг, а неиссекающей мощи Духа Животворящего, Который и является Тем, Кто дает силу нашему слову при условии верности Его Откровению. Любая же попытка отсебятины отставляет нас со своими способностями, которые, хотя и могут быть столь же выдающимися, как у отца Андрей (Кураева — прим. сост.), но все же не способны подарить людям тот единственный Дар, в Котором только они и нуждаются: Того, Кто «есть Путь и Истина и Жизнь (Ин. 14, 6) [13, заключение, с. 165, 166, 167].»

Также и Паисий Святогорец говорил о вреде подстраивания проповеди под безбожников:

«Какие только глупости ни рассказывают сегодня в школах детям! Теорию Дарвина и тому подобную чушь… Те, кто учат детей всем этим глупостям, сами в них не верят. Однако они морочат детям головы, чтобы привить им эту заразу и увести их от Церкви. Как-то один такой «ученый» начал рассказывать мне свои сказки: «Допустим, что в составе земли имеются различные ингредиенты и микроорганизмы, использовав которые, Бог создал человеческую особь…» — «То есть, — говорю, — если бы всего этого не было, то Бог не смог бы создать человека? Вот ведь какое мудреное дело, подумать только!» — «Но если предположить, — продолжал он свои рассуждения, — что Он, взяв обезьяну, довел ее до совершенства?» — «Хорошо, — ответил я, — разве Бог не мог создать Свое совершенное творение — человека — сразу, без обезьяны? Ведь созданию человека Он посвятил целый творческий день! Или сперва Ему надо было подобрать запчасти? Почитай о творении человека в пророчестве Иова, которое мы слушаем в храме на утрени Великого Четверга. Все эти басни про обезьяну не принимает сегодня даже наука. Сколько лет прошло с тех пор, как люди слетали на Луну? А? А обезьяны за все годы своей «эволюции» не дошли даже до того, чтобы разок прокатиться на коньках. Я уже не говорю о том, чтобы обезьяна изобрела велосипед и проехалась на нем. Ты когда-нибудь видал мартышку на коньках? Другое дело, если ты, человек, возьмешь обезьяну, отведешь ее на каток и при помощи дрессировки выучишь кататься». — «Да, — не мог угомониться мой собеседник, — но если высказать следующее предположение, которое является…» — «Да не высказывай ты, — говорю, — никаких предположений. Молчи себе и все. Это будет надежнее всего».

Ту же самую теорию эволюции преподавал один университетский профессор. Однажды я ему сказал: «Если ухаживать за фасолью, то она постепенно станет просто более хорошей фасолью. Баклажан от ухода за ним станет более хорошим баклажаном. Обезьяна, если ты будешь ее кормить и окружать заботой, станет лучшей обезьяной. Человеком она стать не может. Если негр будет жить в холодных странах и не выходить на солнце, то цвет его кожи чуть изменится. Но негром он быть не перестанет». А если задуматься еще и о том, что от человека, от Владычицы нашей Пресвятой Богородицы, родился Христос! То есть что же: по теории эволюции получается, что предком Христа была обезьяна? Какое богохульство! Но сторонники этой теории не понимают, что они богохульствуют. Они швыряют камень и, не глядя на то, сколько голов этим камнем будет разбито, хвалятся: «Я бросил камень дальше других». Сегодня занимаются как раз этим — восхищаются тем, кто бросит камень дальше других. Но о том, сколько будет разбито голов у тех, на кого он упадет, такие люди не думают.»

— Геронда, некоторые считают, что с помощью подобных теорий можно добиться того, что марксисты станут ближе к Церкви.

Вначале марксисты, может быть, и станут ближе к Церкви, но потом «в партийном порядке вольются в ее ряды». И тогда они будут определять, когда идти в храм, а когда нет, когда делать одно, когда другое. Станут всем управлять, а в конце концов скажут: «А кто вам сказал, что есть Бог? Бога нет. Вас обманывают попы». Таким вот образом марксисты используют сторонников теории эволюции для того, чтобы добиться своего. А те этого не понимают. Марксисты, по-доброму расположенные, и без теории эволюции приходят в Церковь, каются, исповедуются. А те, кто по-доброму нерасположен, все равно не изменятся. (Слова. Том I. С болью и любовью о современном человеке. Часть четвертая. О церкви в нашу эпоху. Глава первая. О просвещении. Теория эволюции: http://lib.eparhia-saratov.ru/books/15p/paisii_s/words1/111.html)


— Является ли Шестоднев догматом (истиной, открытой Богом через Откровение)? Как его следует понимать?

Есть ли прямое постановление Вселенского Собора о длительности дней творения? Нет. Но следует ли считать непререкаемой истиной только постановления Вселенских Соборов? Посмотрим, что говорят сами Вселенские Соборы и Отцы.

VII Вселенский Собор. Кратко сказать: мы сохраняем все церковныя предания, утверженныя письменно или неписьменно. […] мы следуем Павлу и всему сонму божественных апостолов и святых отцов, содержа принятыя нами предания. […] Итак мы определяем, чтобы осмеливающиеся думать или учить иначе, или по примеру непотребных еретиков презирать церковныя предания и выдумывать какие либо нововведения, или же отвергать что либо из того, что посвящено церкви, будет ли то евангелие, или изображение креста, или иконная живопись, или святые останки мученика, а равно (дерзающие) с хитростию и коварно выдумывать что либо для того, чтобы ниспровергнуть хотя какое либо из находящихся в кафолической церкви законных преданий, и наконец (дерзающие) давать обыденное употребление священным сосудам и досточтимым обителям, — определяем, чтобы таковые, если это будут епископы или клирики, были низлагаемы, если же будут иноки или миряне, были бы отлучаемы [Деяния Вселенских Соборов, изданныя в русском переводе при Казанской Духовной Академии. — Т. 7. — 3-е изд. — Казань: Казанская Духовная Академия, 1909. — 332 с., деяние 7-ое, определение святаго великаго и вселенскаго собора, втораго в Никее, с. 284, 285].

Мы следуем древнему законоположению кафолической церкви. Мы сохраняем определения отцов. — Прибавляющих что либо к (учению) кафолической церкви, или убавляющих от него мы предаем анафеме. […] Кто уничижает какое либо предание церковное, писанное ли то, или неписанное, тому анафема! [Деяния Вселенских Соборов, изданныя в русском переводе при Казанской Духовной Академии. — Т. 7. — 3-е изд. — Казань: Казанская Духовная Академия, 1909. — 332 с., деяние 7-ое, продолжение седьмаго деяния (анафемы и многолетия), с. 293, 294].

Анафематизм Недели Торжества Православия. Отвергающим Соборы святых отцов и их Предания, согласующие Божественному откровению, благочестно хранимые православно-кафолическою Церковью: «анафема».

Преподобный Викентий Лиринский. Должно сносить суждения только тех отцов, которые живя, уча и пребывая в вере и в кафолическом общении свято, мудро, постоянно, сподобились или с верою почить о Христе, или блаженно умереть за Христа. А верить им должно по такому правилу: что только или все они, или большинство их единомысленно принимали, содержали, передавали открыто, часто непоколебимо, как будто по какому предварительному согласию между собою учителей, то считать несомненным, верным и непререкаемым; а о чем мыслил кто, святой ли он или ученый, исповедник ли и мученик, не согласно со всеми или даже вопреки всем, то относить к мнениям личным, сокровенным, частным, отличным (secretum) от авторитета общего, открытого и всенародного верования; дабы, оставив древнюю истину вселенского догмата, по нечестивому обычаю еретиков и раскольников, с величайшей опасностью относительно вечного спасения, не последовать нам новому заблуждению одного человека. (http://azbyka.ru/dictionary/17/consensus.shtml)

Как же поступить православному христианину, когда какая-нибудь частица Церкви отсечется от общения со всеобщей верой? Как иначе, если не предпочесть зараженному и поврежденному члену здоровье всего тела? А если вновь явившаяся какая-нибудь зараза покуситься пятнать не частичку уже только Церкви, но всю вместе Церковь? И тогда он должен позаботиться пристать к древности, которая не может уже быть обольщена никаким коварством новизны. А если в самой древности узнана будет погрешность двух или трех человек или одного какого-нибудь города, или даже одной какой-нибудь области? Тогда он всемерно должен постараться — безрассудству или невежеству немногих, где бы ни были они, предпочесть решения древле-всеобщей Церкви вообще. А если что-нибудь таковое откроется там, где нельзя найти такого решения? Тогда он должен постараться сличить между собой и обсудить собранные мнения предков, тех только, которые, хотя (жили) в разные времена и в разных местах, но непременно пребывали в вере и общении с единой кафолической Церковью и были уважаемыми учителями, и если дознает что, касательно возникшего вопроса, не один только или двое, но все вместе единодушно содержали, передавали в письмени, сообщали живым голосом открыто, часто, твердо, то пусть уразумеет, что этому должно верить без всякого сомнения. (Памятные записки Перегрина о древности и всеобщности кафолической веры против непотребных новизн всех еретиков, часть 3: http://www.pagez.ru/lsn/0321.php)

Заметьте, нигде не сказано об устаревании согласия Отцов от времени или псевдонаучных предположений. Преподобный Викентий Лиринский прямо это отвергает.

Итак:
1) Буквальное понимание Шестоднева является Преданием Отцов.
2) Его подтверждает большинство Отцов.
3) Это свидетельства есть в т. ч. у древних Отцов.
4) Тезисы теистического эволюционизма являются нововведениями и прибавлениями, они предлагают иное учение, чем Отцы.
5) При этом Предание Отцов уничижается.

Диакон Георгий Максимов. Абстрактной «вере в Бога» наподобие деизма такая точка зрения (эволюционизм — прим. сост.) действительно не противоречит. Но вот с Православием она не имеет ничего общего. Ведь в Библии есть конкретное описание происхождения животных и человека. И оно расходится с эволюционистским представлением. Это очевидно любому непредвзятому человеку. Причем расходится принципиально — в одном случае «создал Бог из земли», в другом «произошло само из воды, а потом друг из друга». Противоречие есть, и его не устранить заклинаниями про то, что «наука и религия не могут противоречить, потому что говорят о разном». Как же о разном? Ведь и Библия, и дарвинизм говорят о происхождении одного и того же мира, — этого мира, в котором мы живём, — а не каких-то разных миров.

Итак, противоречие есть. Библия в Православии зовется Словом Божиим неслучайно. Она содержит ту истину, которую Сам Бог открыл человеку. Так что когда выбор стоит: верить ли Богу, сказавшему, что Он создал человека из земли, или верить миру сему, говорящему, что человек произошел от обезьяны – для благочестивого человека здесь не может быть никаких колебаний. Благочестивый человек будет верить Богу, пусть даже все остальное человечество станет твердить ему иное, пусть даже из-за своего выбора он будет выглядеть «глупо» и «отстало» в глазах напыщенных авторитетов века сего, пусть даже они перестанут «относиться к нему серьезно» и поднимут на смех.

Собственно, весь вопрос с отношением к эволюционизму для православного человека означает именно это -– вопрос о доверии Богу. Это лакмусовая бумажка, которая проявляет наличие или отсутствие такого доверия и вообще места Бога в жизни человека. Она показывает, кому человек больше верит –- себе и подобным ему грешным людям, или Богу. А также то, готов ли он пойти вслед за Богом против стереотипов безбожного мира, или предпочтет сохранить хорошие, дружеские отношения с миром.

И здесь для православного человека столько дополнительных ориентиров, что ошибиться невозможно. Мы, слава Богу, не протестанты. Мы в помощь помимо самого текста Библии и собственного здравомыслия можем взять и древние святоотеческие толкования на книгу Бытия, чтобы убедиться, что эволюционное учение столь же чуждо им, сколь и библейскому тексту, наконец, можем прислушаться и к святым позднего времени, в которых дышал Тот же Дух Святой, что и в древних отцах, и посмотреть, как они отнеслись к дарвинистским идеям. И все это для мало-мальски честного и беспристрастного человека даст очевидный и однозначный ответ.

Те «православные», которые, зная это, продолжают упорствовать в своей приверженности эволюционизму, делают это не от какой-либо «неясности», а от того, что сделали свой выбор и этот выбор, увы, сделали не в пользу Бога. Если ни слова святых, и ни слова Самого Бога не смогли стать для них «достаточным аргументом», то, конечно, и слова этой статьи также не станут, и было бы наивно думать иначе [12].


Яндекс.Метрика

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.